Духовные упражнения для йоги

Йога — система упражнений, направленная на убийство души

Путь йоги состоит из восьми этапов освобождения от жизни, для достижения вечной смерти.

Хатха-йога — физическая тренировка:

  1. йама — следование определённым запретам;
  2. нийама — набор предписаний гигиенического характера по очищению тела;
  3. асаны — определённые позы для регуляции деятельности организма;
  4. пранайама — дисциплина дыхания (главный инструмент регуляции сознания).

Раджа-йога — тренировка психических процессов:

  1. (5) пратьяхара — управление органами чувств, контроль над своими ощущениями;
  2. (6) дхарана — контроль над мышлением и волей;
  3. (7) дхьяна — созерцание;
  4. (8) самадхи — экскурсия в потусторонний мир (желаемое состояние после смерти тела — смерть души).

Идея переселения душ и идея кармы объединяют практически все философские системы Индии, из которых наиболее популярна йога. Важно знать, что заниматься йогой исключительно ради здоровья тела, в корне неверно. Йога — это, прежде всего система духовных воззрений, и надо понимать, что её цели — духовные, а не физические.

Рассмотрим эти две главнейшие идеи.

Всё в жизни, согласно индуизму, определяется колесом Сансары. Но что же приводит его в движение? Ответ на этот вопрос — карма. Карма — это некий причинно-следственный закон, которому в этом мире подчиняется абсолютно всё. Закон, который детерминирует сам процесс реинкарнации (перерождения). Совокупность поступков человека, включая его слова и мысли, установленным образом этически оценивается, как соответствующая определённому стандарту или же отклоняющаяся от него (добрые или злые поступки), в свою очередь, это и предопределяет характер будущего рождения. Если человек придерживался достойного образа жизни, то следующая его душа облекается в более подходящее тело, и обстоятельства его новой жизни становятся более благоприятными. Если же он вёл себя недостойно, совершал различного рода злодеяния, грешил, то следующая душа его вселяется в тело животного и обладает наименьшими шансами на дальнейшее эволюционное продвижение.

В православии мы верим в Личностного Бога, к которому можем обратиться с молитвой, просить о помощи и, который при условии нашего раскаяния способен простить любой наш грех. Но невозможно ни о чём просить карму. Карма — это безличный закон, ему подчиняются даже индийские боги. То, что человек совершает, ему это обязательно вернётся и точка. В пример можно привести камушек, брошенный в море: вы бросили камушек в воду, и поднялись от его падения волны и разошлись в разные стороны. Дойдя до краёв моря, отражаются они от берегов, возвращаются назад, пересекаются, расходятся вновь и так без конца. Вот так и человек бесконечно крутится вокруг своей оси: перерождается, умирает; перерождается, умирает. От его поступков напрямую зависит то, как он переродится. Выхода из этого нет, и страдания умножаются и умножаются. Фактически, карма — это закон умножения зла в этом мире, зла, которому нет конца. И невозможно у кармы просить прощения, всё, что ты сделал, затем тебе вернётся. Никакого раскаяния не существует. В соответствии с этим исчезает любая нравственная ответственность, всегда можно сказать: “Ну и что, значит карма такая и ничего с этим не поделаешь”. Для индуса система переселения душ — это страшная трагедия. Бесконечное количество воплощений равно бесконечному количеству страданий, а прервать этот процесс можно лишь определёнными усилиями…

Единственный возможный способ для индуса что-либо изменить — это “разломать” колесо Сансары, уничтожить свою жизнь, чтобы больше никогда не возвращаться. Путь индийского аскетизма — это достичь вечной смерти. Если христианский аскет умирает ради того, чтобы жить вечно; йогин (индусский аскет) живёт, чтобы умереть навсегда. Йога существует, не для того, чтобы улучшать здоровье, а для того, чтобы приучить тело к бесстрастию (начальные физические упражнения: хатха-йога), а основной её смысл — это смерть души ещё при жизни (духовные упражнения: раджа-йога). Ещё при жизни душа йогина должна уйти в самадхи и раствориться в небытие, чтобы остановить процесс мучения и после смерти тела больше никогда не вернуться в этот мир. Умереть навсегда. Йога — это искусство, которое готовит человека к вечной смерти.

Духовный мир имеет свои законы. И, независимо от того, верите вы или нет, незнание этих законов не освобождает от ответственности.

Источник

7 упражнений хатха-йоги, которые избавят от депрессии и нервозности

Занятие йогой дает изучающему спокойствие и знание меры. Если рассматривать наше тело как инструмент, то благодаря йоге мы научаемся виртуозной игре на нем. Если с бесконечным терпением пестовать каждую клеточку нашего организма, вдыхать в нее жизнь, можно не только избавиться навсегда от докучающих хворей, но и открыть в себе новые умения и способности.

Современный ритм жизни не дает нам ни отдыха, ни покоя. Депрессии, раздражение на окружающих, гнев на близких людей – постоянные спутники прогресса. Этот путь не приведет ни куда, кроме больничной койки. Хорошая новость в том, что есть способ избавиться от предвестников нервного расстройства. Это гимнастика и глубокое расслабление.

Ниже привожу семь крутых упражнений хатха-йоги, направленных на борьбу с чумой XXI века – депрессией.

Технику не расписываю намеренно – чтобы неподготовленные читатели не ринулись тут же в бой. Обязательно нужно проконсультироваться с врачом, а затем с грамотным инструктором!

1. Ширшасана

Номер один в списке. По мнению Айенгара – король асан. Ширшасана – это стойка на голове. Звучит просто, но есть много нюансов в технике. Основной момент – спина должна быть идеально прямой.

При регулярном выполнении ширшасаны клетки мозга омолаживаются, улучшаются мыслительные способности. Эта асана – находка для тех, чей мозг сильно утомляется. Ширшасана позволит забыть про бессонницу, забывчивость и упадок сил – она превратит вас в человека, брызжущего энергией!

2. Сарвангасана

Если ширшасана – король, то сарвангасана – королева асан. Это позу следует практиковать сразу после стойки на голове, она поможет расслабить шею.

Кровь, насыщенная кислородом начинает циркулировать вокруг шеи и грудной клетки. Сарвангасана поможет излечиться от астмы, бронхитов и всех простудных заболеваний. Поза, в просторечии называемая “березкой”, обладает исключительным воздействием на щитовидку. При регулярной практике успокаиваются нервы и исчезают даже хронические головные боли.

3. Уттанасана

В этой позе стимулируется работа почек и печени. Но, что самое главное – нахождение в позе более двух минут избавляет от уныния и депрессии. Поза незаменима для легковозбудимых людей!

4. Пашчимоттанасана

Длительное пребывание в позе оказывает воздействие на сердце, позвоночник, органы брюшной полости. При регулярной практике человек чувствует себя свежим и отдохнувшим. А также, из-за вытяжения таза, эта поза излечивает от импотенции и регулирует сексуальную энергию.

5. Нади Шодхана Пранаяма

Во время выполнения этого дыхательного упражнения в кровь поступает больше кислорода, чем обычно. Результат – ум ясен и спокоен, нервы очищены и успокоены.

6. Шанмукхи мудра

При выполнении этой мудры все чувства обращаются внутрь, а дыхание становится ровным. В результате ум успокаивается, мы освобождаемся от господства чувств и находимся в стороне от желаний.

7. Шавасана

Поза трупа – лучше всего устраняет усталость после упражнений и успокаивает ум. Шавасана – идеальный способ противостоять стрессу.

Источник

Пра­во­слав­ный взгляд на йогу

Допу­стимо ли хри­сти­а­нину зани­маться йогой и если нет, то почему? В насто­я­щем сбор­нике чита­тель найдет аргу­мен­ти­ро­ван­ный ответ на эти вопросы. Авторы мате­ри­а­лов зна­комы с йогой не пона­слышке – один отдал ей в моло­до­сти семь лет жизни, а другая, будучи инди­ан­кой, про­ис­хо­дя­щей из касты брах­ма­нов, прак­ти­ко­вала йогу с дет­ства. Во всту­пи­тель­ной статье при­во­дится также обзор выска­зы­ва­ний других пра­во­слав­ных авто­ров.

На Западе – в Европе и Аме­рике, – йога уже давно не чув­ствует себя «гостьей с Востока», в адап­ти­ро­ван­ном и упро­щен­ном виде она прочно заняла свое место в совре­мен­ной мас­со­вой куль­туре. В послед­ние годы это кос­ну­лось и нашей страны. Появи­лось много цен­тров йоги, в одних она пода­ется как древ­няя духов­ная тра­ди­ция, веду­щая к внут­рен­нему совер­шен­ству, а в других – как ком­плекс физи­че­ских упраж­не­ний для оздо­ров­ле­ния тела.

Среди посе­ти­те­лей этих цен­тров ока­за­лись и люди, назы­ва­ю­щие себя пра­во­слав­ными хри­сти­а­нами. Многие из них счи­тают заня­тия йогой не про­ти­во­ре­ча­щим своей вере, и болез­ненно реа­ги­руют на слова свя­щен­но­слу­жи­те­лей и бого­сло­вов, кото­рые гово­рят о недо­пу­сти­мо­сти увле­че­ния йогой для хри­сти­а­нина. При­чины столь резкой пози­ции для них оста­ются непо­нят­ными.

Для того, чтобы обо­зна­чить и объ­яс­нить пра­во­слав­ное отно­ше­ние к йоге, и был состав­лен насто­я­щий сбор­ник. Поскольку среди многих апо­ло­ге­тов йоги рас­про­стра­нено мнение, что будто бы кри­тику йоги поз­во­ляют себе только люди, толком не зна­ко­мые с ней и потому их суж­де­ния не могут быть ком­пе­тентны, в насто­я­щем сбор­нике пред­став­лены работы таких пра­во­слав­ных авто­ров, кото­рые зна­комы с йогой не пона­слышке.

Архи­манд­рит Софро­ний (Саха­ров) в моло­до­сти отдал заня­тиям йогой, – и не просто физи­че­скими упраж­не­ни­ями, а с глу­бо­кой меди­та­цией, – более семи лет своей жизни. Впо­след­ствии он рас­ка­ялся в этом и уве­ро­вал во Христа, а со вре­ме­нем стал мона­хом на Святой Горе, уче­ни­ком пре­по­доб­ного Силу­ана Афон­ского. Отец Софро­ний на прак­тике постиг духов­ный опыт Пра­во­сла­вия, и имел все необ­хо­ди­мое, чтобы ком­пе­тентно срав­ни­вать пра­во­слав­ный и индий­ский пути. Он не писал спе­ци­аль­ного сочи­не­ния на эту тему, но выска­зы­вался в раз­лич­ных бесе­дах, цитаты из кото­рых и при­ве­дены в насто­я­щем сбор­нике.

В еще боль­шей сте­пени выска­зы­ваться о йоге имеет право Хри­стина Ман­гала Фрост. Сама по наци­о­наль­ность инди­анка, она роди­лась в семье, при­над­ле­жа­щей к касте брах­ма­нов, и изу­чала йогу не через третьи руки в адап­ти­ро­ван­ных вер­сиях, как многие совре­мен­ные рос­си­яне, а с ран­него дет­ства и в ори­ги­наль­ной инду­ист­ской тра­ди­ции. В моло­до­сти, учась в Австра­лии, она при­няла про­те­стан­тизм, а позд­нее обра­ти­лась в Пра­во­сла­вие, в кото­ром духовно воз­рас­тает уже более десяти лет. Хри­стина обла­дает учёной сте­пе­нью док­тора наук по англий­ской лите­ра­туре в Кем­бридж­ском уни­вер­си­тете, она заму­жем за пра­во­слав­ным хри­сти­а­ни­ном Дэви­дом Фро­стом, и явля­ется мате­рью чет­ве­рых детей, а также при­хо­жан­кой рус­ского пра­во­слав­ного храма прп. Ефрема Сирина в Кем­бри­дже (Вели­ко­бри­та­ния).

Прежде, чем перейти к этим рабо­там, хоте­лось бы сде­лать неболь­шой обзор мнений о йоге, кото­рые выска­зы­вали о ней авто­ри­тет­ные пра­во­слав­ные иерархи.

В мае 2009 года Свя­тей­ший Пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Руси Кирилл, высту­пая на сту­ден­че­ском фести­вале «Вера и дело» так отве­тил на вопрос о йоге: «Заня­тия йогой имеют две состав­ля­ю­щие, одна из них – это физи­че­ские упраж­не­ния. Спе­ци­а­ли­сты по физ­куль­туре могут дать точную харак­те­ри­стику этим упраж­не­ниям, и ничего пло­хого в самой тех­нике этих упраж­не­ний не суще­ствует». Его Свя­тей­ше­ство напом­нил, что йога – вовсе не только лишь физ­куль­тура, она опи­ра­ется на вполне опре­де­лен­ную рели­гию и пред­по­ла­гает соот­вет­ству­ю­щие духов­ные прак­тики.

«Йога сопро­вож­да­ется меди­та­цией, и вот к этому я отно­шусь с боль­шой насто­ро­жен­но­стью»[1], – отме­тил Свя­тей­ший Вла­дыка. Он под­черк­нул, в част­но­сти, что при исполь­зо­ва­нии такого рода прак­тик может раз­ру­шаться наци­о­наль­ное само­со­зна­ние чело­века, его куль­тур­ная иден­тич­ность и предо­сте­рег от экс­пе­ри­мен­тов с меди­та­цией. В каче­стве при­мера Пат­ри­арх поде­лился своими впе­чат­ле­ни­ями от обще­ния в Индии с рус­скими людьми, все­рьез увлек­ши­мися инду­ист­скими духов­ными прак­ти­ками.

Пред­сто­я­тель другой Помест­ной Пра­во­слав­ной Церкви – Архи­епи­скоп Албан­ский Ана­ста­сий (Янну­ла­тос) в свое время напи­сал целую статью под назва­нием «Йога»[2]. В ней он пишет:

«Многие упраж­не­ния йоги ока­зы­вают неболь­шое поло­жи­тель­ное воз­дей­ствие на опре­де­лен­ных людей, по край­ней мере, такое, кото­рое ока­зы­вают и упраж­не­ния других ком­плек­сов. Но, вообще говоря, эти упраж­не­ния входят в струк­туру инду­изма и явля­ются эта­пами более широ­кого и общего духов­ного вос­хож­де­ния. Их конеч­ная цель – нечто боль­шее, чем просто хоро­шее физи­че­ское само­чув­ствие… Ведь и коле­но­пре­кло­не­ния нашей молит­вен­ной тра­ди­ции не явля­ются про­стыми тело­дви­же­ни­ями, а свя­заны с более глу­бо­кими про­цес­сами и выра­жают опре­де­лен­ный настрой и состо­я­ние души, стре­мя­щейся к духов­ным целям; точно так же и более слож­ные упраж­не­ния йоги свя­заны с инду­ист­скими веро­ва­ни­ями и индий­ским духов­ным, рели­ги­оз­ным опытом».

Читайте также:  Упражнения для убирания ушек с бедер

Пере­чис­лив восемь сту­пе­ней-этапов тра­ди­ци­он­ного пути йоги, направ­лен­ного к послед­ней цели – «осво­бож­де­нию», вла­дыка Ана­ста­сий отме­чает, что «Хотя на первых этапах сохра­ня­ются неко­то­рые эле­менты созна­ния, на послед­нем йог при­хо­дит к пре­одо­ле­нию даже само­со­зна­ния. Они не вос­при­ни­мают цвета, запахи, звуки, чув­ства и не осо­знают себя или кого-либо еще. Их духи «сво­бодны», как гово­рят ини­ци­и­ро­ван­ные, от памяти и забве­ния. Это счи­та­ется зна­нием, про­све­ще­нием. Эта тех­ника направ­лена на связь с Абсо­лю­том. Для нее цен­траль­ные истины хри­сти­ан­ства о Христе Спа­си­теле, бла­го­дати, бес­ко­рыст­ной любви, Живо­тво­ря­щем Кресте не имеют ника­кого зна­че­ния».

Затем архи­епи­скоп выска­зы­ва­ется кри­ти­че­ски о попыт­ках неко­то­рых греков очи­стить йогу от всего индий­ского и сде­лать «хри­сти­ан­ской». По этому поводу вла­дыка Ана­ста­сий заме­чает, что если бы это дей­стви­тельно было бы воз­можно, в лучшем случае полу­чился бы некий метод «дости­же­ния чело­ве­ком глу­бо­кой тишины, избав­ле­ния от внут­рен­них потря­се­ний, про­из­во­ди­мых нашими жела­ни­ями, инте­ре­сами и фан­та­зи­ями», однако «нет нужды искать такой метод, потому что он привел бы к про­ти­во­по­лож­ным резуль­та­там: абсо­лют­ная авто­но­мия чело­ве­че­ского духа и чрез­вы­чай­ная пута­ница. Согласно хри­сти­ан­ской вере, духов­ная жизнь с ее завер­ше­нием есть дар Божией бла­го­дати, а не дости­же­ние неза­ви­си­мой чело­ве­ко­цен­трист­ской тех­ники. Кроме того, для нас, пра­во­слав­ных хри­стиан, суще­ствует исих­аст­ский опыт восточ­ного хри­сти­ан­ства, где при опре­де­лен­ных рели­ги­оз­ных усло­виях можно достичь святой духов­ной жизни во Христе, мира и «исихии» в любви».

Архи­епи­скоп Ана­ста­сий обра­щает также вни­ма­ние на то, что в Греции многие центры, где изу­ча­ется йога, наме­ренно скры­вают ее рели­ги­оз­ное про­ис­хож­де­ние и корни, тем самым вводя в заблуж­де­ние людей, не име­ю­щих доста­точ­ной рели­гио­вед­че­ской под­го­товки.

Пра­во­слав­ный рели­гио­вед свя­щен­ник Михаил Плот­ни­ков, много лет посвя­тив­ший изу­че­нию рели­ги­оз­ных тра­ди­ций Индии, в одном из интер­вью напо­ми­нает, что «йога – это мона­ше­ская прак­тика, кото­рая под­ра­зу­ме­вает вна­чале отказ от про­ти­во­есте­ствен­ных жела­ний (то есть от гре­хов­ных, пороч­ных жела­ний), затем – от есте­ствен­ных жела­ний (брака, богат­ства и проч.), потом – вообще от всех жела­ний. Напри­мер, клас­си­че­ская инду­ист­ская раджа-йога, коди­фи­ци­ро­ван­ная в «Йога-сутрах» Патан­джали, имеет восемь сту­пе­ней. Про­ходя первые сту­пени, йогин с помо­щью аскезы и спе­ци­аль­ных упраж­не­ний при­об­ре­тает кон­троль над своим физи­че­ским и «тонким» телами. На высших сту­пе­нях он доби­ва­ется кон­троля над пси­хи­кой и пости­гает искус­ство сосре­до­то­чен­ного созер­ца­ния (меди­та­ции). При этом сле­дует прак­ти­че­ски не пить и не есть, мало спать и дышать, быть рав­но­душ­ным к похва­лам и оскорб­ле­ниям, ничего не чув­ство­вать, оста­но­вить поток своих мыслей, пол­но­стью скон­цен­три­ро­ваться в себе на некой точке, войти в состо­я­ние транса. И вот тогда в твою внут­рен­нюю пустоту и без­мол­вие должен войти свет, кото­рый вос­при­ни­ма­ется йоги­ном как свет соб­ствен­ной «боже­ствен­но­сти»…

Йогины пола­гают, что после оста­новки всех пси­хи­че­ских про­цес­сов и дости­же­ния сама­дхи, то есть состо­я­ния сосре­до­то­че­ния без содер­жа­ния, «выжи­га­ются семена кармы» и это гаран­ти­рует от нового пере­рож­де­ния и поз­во­ляет в любой момент навсе­гда осво­бо­диться от тела… Такой именно насто­я­щей аске­ти­че­ской йогой в России у нас мало кто зани­ма­ется… все­воз­мож­ные гуру и дер­жа­тели йоги­че­ских цен­тров в России фак­ти­че­ски зани­ма­ются нью­эй­д­жев­ской йогой, в кото­рой прак­ти­че­ски отсут­ствует аске­тизм, и только изредка прак­ти­ку­ется вре­мен­ное уеди­не­ние, меди­та­ция, чтение мантр, кото­рые нужны для осво­бож­де­ния от мыслей и сосре­до­то­че­ния. Цель такой йоги – некое успо­ко­е­ние, вхож­де­ние в бла­жен­ное состо­я­ние и не более того»[3].

Далее отец Михаил спе­ци­ально оста­нав­ли­ва­ется на раз­об­ла­че­нии неко­то­рых мифов о йоге, рас­про­стра­ня­е­мых ее запад­ными при­вер­жен­цами: «Мне не раз дово­ди­лось слы­шать или читать утвер­жде­ния рос­сий­ских адеп­тов йоги, что, дескать, индий­ские йоги живут долго и счаст­ливо, при этом не болеют тяже­лыми хро­ни­че­скими забо­ле­ва­ни­ями, на них не давит груз стрес­сов и нере­шен­ных про­блем. Это ложь, миф… Все­об­щая дис­пан­се­ри­за­ция, кото­рая была в Индии (первый и послед­ний раз) в 1980‑х годах, пока­зала, что йогины, кото­рых там несколько мил­ли­о­нов чело­век, живут в сред­нем даже меньше, чем обыч­ный житель Индии и стра­дают, к тому же, массой забо­ле­ва­ний. Напри­мер, ката­рак­той глаз, потому что посто­янно кон­цен­три­ру­ются на солнце, выви­хами суста­вов, арт­ри­тами и арт­ро­зами из-за частого нахож­де­ния подолгу в про­ти­во­есте­ствен­ных позах. Йоги стра­дают буке­том забо­ле­ва­ний верх­них дыха­тель­ных путей и желу­дочно-кишеч­ного тракта, потому как каждый день делают клизмы, жгу­тами очи­щают носо­глотку, что со вре­ме­нем прак­ти­че­ски уни­что­жает сли­зи­стую обо­лочку в кишеч­нике и носо­вой поло­сти… Не смотря на то, что все они, за исклю­че­нием жена­тых шива­и­тов, дают обет без­бра­чия, подав­ля­ю­щее боль­шин­ство йоги­нов ока­за­лись больны хро­ни­че­скими вене­ри­че­скими забо­ле­ва­ни­ями. Те же йогины, кото­рые не хотят под­да­ваться блуд­ной стра­сти, весьма часто оскоп­ляют себя изу­вер­скими спо­со­бами…»[4]

Отец Михаил делает сле­ду­ю­щий вывод: «Говоря о духов­ной опас­но­сти от заня­тий йогой, можно кратко ска­зать так: если будешь зани­маться насто­я­щей инду­ист­кой или буд­дист­кой йогой – впа­дешь в само­обо­льще­ние – будешь счи­тать себя «богом», а если будешь зани­маться нью­эй­д­жев­ской йогой также впа­дешь в пре­лесть… От заня­тий фитнес-йогой серьез­ных духов­ных послед­ствий нет, впро­чем, как пра­вило, фит­не­сом зани­ма­ются люди, кото­рые вообще не живут ника­кой духов­ной жизнью… По моему мнению, пра­виль­нее ска­зать, что любой фитнес, не только с эле­мен­тами йоги, сам по себе не душе­по­ле­зен. Люди, кото­рые слиш­ком забо­тятся о своем внеш­нем виде и здо­ро­вье тем самым сви­де­тель­ствуют, что они не живут духов­ной жизнью»[5].

Стоит также при­ве­сти мнение иеро­мо­наха Сера­фима (Роуза), кото­рый в моло­до­сти, до при­ня­тия Пра­во­сла­вия, также немало вре­мени зани­мался восточ­ными меди­та­тив­ными прак­ти­ками: «Почти два­дцать лет назад фран­цуз­ский монах-бене­дик­ти­нец Дешане напи­сал о своем опыте пре­вра­ще­ния йоги в «хри­сти­ан­ское» учение… Любой пони­ма­ю­щий при­роду пре­ле­сти, или духов­ного заблуж­де­ния, узнает в этом опи­са­нии «хри­сти­ан­ской йоги» точные харак­те­ри­стики тех, кто духовно сбился с пути… То же стрем­ле­ние к «святым и боже­ствен­ным чув­ствам», та же откры­тость и готов­ность быть «вос­хи­щен­ным» неким духом, те же поиски не Бога, а «духов­ных уте­ше­ний», то же само­опья­не­ние, кото­рое оши­бочно при­ни­ма­ется за «состо­я­ние бла­го­дати», та же неве­ро­ят­ная лег­кость, с кото­рой чело­век ста­но­вится «созер­ца­те­лем» или «мисти­ком», те же «мисти­че­ские откро­ве­ния» и псев­до­ду­хов­ные состо­я­ния. Это общие харак­тер­ные при­знаки тех, кто впал именно в это состо­я­ние духов­ного заблуж­де­ния…»[6]

В заклю­че­ние хоте­лось бы про­ци­ти­ро­вать запись раз­го­вора, сде­лан­ную мит­ро­по­ли­том Иеро­феем (Вла­хо­сом), – по его просьбе один из афон­ских стар­цев кратко обо­зна­чил основ­ные отли­чия пра­во­слав­ной Иису­со­вой молитвы от индий­ского типа йоги и меди­та­ции:

«Во-первых, в молитве реши­тельно выра­жа­ется вера в Бога, Кото­рый сотво­рил мир, управ­ляет им и любит его. Он – нежный Отец, Кото­рый забо­тится о спа­се­нии Своего тво­ре­ния. Спа­се­ние совер­ша­ется в Боге, поэтому в молитве мы просим Его: «Поми­луй мя». От дела­теля умной молитвы далеко отстоит само­спа­се­ние и само­обо­же­ние, в кото­ром и состоял грех Адамов, грех паде­ния… Спа­се­ние совер­ша­ется не «в себе и через себя», как утвер­ждают чело­ве­че­ские учения, но в Боге.

Во-вторых, в молитве мы стре­мимся встре­титься не с без­ли­ким богом. Мы не ставим цель под­няться до «абсо­лют­ного ничто». Наша молитва сосре­до­то­чи­ва­ется на лич­ност­ном Боге – Бого­че­ло­веке Иисусе. Отсюда и молитва: «Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий»… Мы любим Христа и храним Его запо­веди. Мы под­ви­за­емся в их осу­ществ­ле­нии. Он сказал: «Если любите Меня, соблю­дите Мои запо­веди» ( Ин.14:15 ). Любя Христа и храня Его запо­веди, мы соеди­ня­емся с Пре­свя­той Тро­и­цей.

В‑третьих, при умной непре­стан­ной молитве мы не впа­даем в состо­я­ние гор­до­сти. Учения, о кото­рых ты гово­рил мне ранее, изоби­луют гор­до­стью. Нашей же молит­вой при­об­ре­та­ется бла­жен­ное состо­я­ние сми­ре­ния. «Поми­луй мя», – гово­рим мы и счи­таем себя хуже всех. Не пре­воз­но­симся ни над каким братом. Любая гор­дость чужда дела­телю молитвы. Име­ю­щий ее безу­мен.

В‑четвертых, как уже отме­ча­лось, спа­се­ние – не абстракт­ное состо­я­ние, но еди­не­ние с Трии­по­стас­ным Богом в лице Гос­пода нашего Иисуса Христа. Но это еди­не­ние не устра­няет чело­ве­че­ского фак­тора. Мы не асси­ми­ли­ру­емся, поскольку каждый из нас – особая лич­ность…

В‑пятых, при про­хож­де­нии молитвы при­об­ре­та­ется спо­соб­ность раз­ли­чать иску­ше­ния. Мы видим и пони­маем дви­же­ния сатаны, но вместе с тем и дей­ствие Хри­стово, то есть рас­по­знаем дух лести, кото­рый столь часто пре­об­ра­зу­ется в Ангела света, отде­ляем добро от зла, нетвар­ное от твар­ного.

В‑шестых, борьба за молитву свя­зана с очи­ще­нием души и тела от раз­ру­ши­тель­ного вли­я­ния стра­стей. Мы стре­мимся достичь бес­стра­стия не сто­и­че­ского, но дина­ми­че­ского, то есть не умерщ­вле­ния стра­сти, а пре­об­ра­же­ния ее. Вне «бес­страст­ной стра­сти» нельзя любить Бога и спа­стись… Мы боремся за очи­ще­ние от обез­об­ра­жен­ных состо­я­ний, кото­рые создает диавол. Без этой личной борьбы, кото­рая совер­ша­ется по бла­го­дати Хри­сто­вой, невоз­можно спа­стись.

В‑седьмых, молит­вой мы не стре­мимся при­ве­сти ум к абсо­лют­ному ничто; мы хотим обра­тить его в сердце и стя­жать бла­го­дать Божию в душе, откуда она рас­про­стра­ня­ется и на тело. Цар­ствие Божие внутрь вас есть ( Лк.17:21 ). Тело, по учению нашей Церкви, – не зло; злом явля­ется плот­ской разум. Оно не «оде­я­ние души» как гово­рят фило­соф­ские учения, и его нужно стре­миться не сбро­сить, но спасти. Ибо под спа­се­нием всего чело­века под­ра­зу­ме­ва­ется и его душа, и его тело. Сле­до­ва­тельно, мы не стре­мимся к гибели тела, но воюем против слу­же­ния ему. Не хотим гибели жизни. Не стре­мимся впасть в такое состо­я­ние, чтобы ради пре­кра­ще­ния стра­да­ний не иметь жела­ния жить. Мы упраж­ня­емся в молитве потому, что жаждем жизни и стре­мимся вечно пре­бы­вать с Богом.

В‑восьмых, в нас нет без­раз­ли­чия к окру­жа­ю­щему миру. Те учения, о кото­рых ты упо­ми­нал, избе­гают углуб­ляться в чело­ве­че­ские про­блемы с целью сохра­нить свой мир и без­мя­те­жие. Мы же стре­мимся к иному – непре­рывно молимся за всех. Плачем о всем мире. Хотя спа­се­ние – это еди­не­ние со Хри­стом, мы состоим в обще­нии с дру­гими людьми. Не можем спа­саться сами по себе. Радость, кото­рая суще­ствует только для нас, но не для мира, не явля­ется дей­стви­тель­ной радо­стью.

В‑девятых, мы не при­даем боль­шого зна­че­ния пси­хо­тех­ни­че­ским мето­дам, а также раз­лич­ным поло­же­ниям тела, хотя и счи­таем, что неко­то­рые из них помо­гают сосре­до­то­чить ум в сердце. Но, повто­ряю, мы стре­мимся не к апатии (это отри­ца­тель­ное состо­я­ние), а к стя­жа­нию Боже­ствен­ной бла­го­дати»[7].

^ О восточ­ных духов­ных прак­ти­ках

«На пере­ломе созре­вав­шей моло­до­сти я совер­шил вели­кий грех: в безум­ном дви­же­нии неве­же­ствен­ной гор­до­сти я «оста­вил» Его ради иного, вооб­ра­жа­е­мого Сверх-лич­ного Абсо­люта. Пре­одо­лев добрый навык молиться моему дет­скому Богу, я в часы меди­та­ции стре­мился к абсо­лют­ному Бытию. Я совле­кался, как мне каза­лось, всего отно­си­тель­ного, что свя­зано с раз­лич­ными фор­мами: види­мыми или неви­ди­мыми, чув­ствен­ными или мыс­лен­ными. Я упорно уходил во мрак неве­де­ния, чтобы чрез совле­че­ние всего пре­хо­дя­щего достичь Того, Что или Кто транс­цен­ди­рует грани всего изме­ня­е­мого, колеб­ле­мого. Слу­ча­лось, я испы­ты­вал некий «покой» и не чув­ственно-плот­ски услаж­дался этим состо­я­нием. При более полном порыве к неиме­ну­е­мому, все-транс­цен­ди­ру­ю­щему Бытию-Небы­тию я видел мой ум как свет. Я не гнался ни за чем на этой Земле, кроме как к веч­ному. Парал­лельно с этим я напря­женно искал выра­же­ния в кар­тине кра­соты, свой­ствен­ной едва ли не вся­кому при­род­ному явле­нию.

Тот период моей жизни кто-либо мог бы счесть полным вдох­но­ве­ния, но я вспо­ми­наю его далеко не с любо­вью: я понял, что я пре­да­вался свое­об­раз­ному «упо­ко­е­нию», кото­рое было по суще­ству своему само­убий­ством в мета­фи­зи­че­ском смысле. Из этого лож­ного поло­же­ния я нико­гда бы не вышел своими силами, но Гос­подь пожа­лел меня и настиг, быть может, в послед­ний момент. Сотво­рил Он сие чудо мило­сер­дия, посе­тив мое сердце, кото­рым нема­лое время я пытался пре­не­бре­гать. Не вижу путей рас­ска­зать после­до­ва­тельно о духов­ных собы­тиях того вре­мени. Как бы вдруг – мне стало ясным до оче­вид­но­сти, что мое искус­ствен­ное погру­же­ние в отвле­чен­ную умную сферу не при­ве­дет меня к досто­вер­ному позна­нию о Перво-Начале всех начал. Чрез мои аске­ти­че­ские совле­че­ния всего отно­си­тель­ного – я не дости­гал реаль­ного еди­не­ния с Иско­мым мною. Мои мисти­че­ские опыты носили нега­тив­ный харак­тер. Не «чистое Бытие» пред­ста­вало предо мною, но смерть для всего меня, вклю­чая мое пер­со­наль­ное начало»[8].

Читайте также:  21 упражнение для хрупких лифтеров

«Меди­та­ции при­во­дили к покою от рас­се­ян­но­сти забо­тами земной жизни, – давали мне часы интел­лек­ту­аль­ного насла­жде­ния, – воз­но­сили меня в мнимые духов­ные сферы, – постав­ляли меня выше окру­жа­ю­щей меня среды. Фило­соф­ски я не мог мыс­лить Абсо­лют­ное Начало – пер­со­наль­ным. При­чи­ною тому было отча­сти мое сле­до­ва­ние общему заблуж­де­нию тех кругов, в кото­рых я вра­щался: сме­ше­ние поня­тия пер­соны с поня­тием инди­ви­ду­ума, тогда как фило­соф­ски они диа­мет­рально про­ти­во­по­ложны. Ребен­ком я был научен молиться Бес­смерт­ному Отцу Небес­ному, к Кото­рому ушли все мои деды и пра­деды. Тогда, в дет­ской вере (ср. Мф.18:3 ; Лк.18:17 ), Пер­сона и Веч­ность легко соче­та­лись. Итак, с мла­ден­че­ского воз­раста вос­при­ня­тый мною хри­сти­ан­ский пер­со­на­лизм в какой-то момент стал самым суще­ствен­ным вопро­сом: Бытие, абсо­лют­ное, может ли быть пер­со­наль­ным? Мой искрен­ний «восточ­ный» опыт носил, скорее, интел­лек­ту­аль­ную – ото­рван­ную от сердца – форму: аскеза умного совле­че­ния со всего отно­си­тель­ного. Посте­пенно я убеж­дался, что стою на непра­виль­ном пути: ухожу от истин­ного реаль­ного Бытия в не-бытие»[9].

«По моем новом обре­те­нии Христа, мой «восточ­ный» опыт, длив­шийся при­бли­зи­тельно семь или восемь лет пред­стал моему духу как самое страш­ное пре­ступ­ле­ние пред любо­вью Бога, Кото­рого знала моя душа с ран­него дет­ства»[10].

«Наи­бо­лее недо­пу­сти­мым явля­ется сме­ше­ние ее [Иису­со­вой молитвы] с йогой, с буд­диз­мом и даже «транс­цен­ден­таль­ной меди­та­цией» и подоб­ное сему. Ради­каль­ное раз­ли­чие всех этих укло­не­ний с хри­сти­ан­ством состоит в том, что в основе нашей жизни лежит Откро­ве­ние о Боге личном: АЗ ЕСМЬ. Все другие пути отво­дят ум чело­века от личных вза­и­мо­от­но­ше­ний между Богом и моля­щимся в область отвле­чен­ного тран­спер­со­наль­ного Абсо­люта, в импер­со­наль­ную аске­тику. Меди­та­ция, как отвле­че­ние нашего ума от всяких обра­зов, может давать нам ощу­ще­ние успо­ко­е­ния, мира, исхода из усло­вий вре­мени и про­стран­ства, но в ней отсут­ствует созна­тель­ное пред­сто­я­ние Богу лич­ному; в ней нет дей­стви­тель­ной молитвы, т. е. лицом к Лицу. Это может при­ве­сти к тому, что увле­чен­ный меди­та­цией удо­вле­тво­рится пси­хи­че­скими резуль­та­тами подоб­ных экс­пе­ри­мен­тов и, что хуже всего, вос­при­я­тие Живого Бога, Абсо­люта Пер­со­наль­ного станет для него чуждым»[11].

«В этом устрем­ле­нии к уни­вер­саль­ному, транс­цен­ден­таль­ному, сверх­лич­ному чело­век, как живая лич­ность, должен исчез­нуть. Парал­лельно с этим и на Востоке ум люд­ской искал сли­я­ния с абсо­лют­ным Бытием, транс­цен­ди­ру­ю­щим все, что харак­терно миру пре­хо­дя­щих явле­ний. Созда­вался разрыв между реально сущим и отвле­чен­ным созер­ца­нием чело­ве­че­ского рас­судка… Во всех этих слу­чаях мы нахо­димся перед рас­сло­е­нием целост­ного чело­века, кон­ча­ю­щимся его полным уни­что­же­нием»[12].

«Путь наших отцов тре­бует креп­кой веры и дол­го­тер­пе­ния, тогда как наши совре­мен­ники пыта­ются схва­тить все духов­ные дары, вклю­чая даже непо­сред­ствен­ное созер­ца­ние Абсо­лют­ного Бога, нажи­мом в корот­кий срок. Нередко среди них встре­ча­ется склон­ность про­ве­сти парал­лель между молит­вою Именем Иисуса и йогой, или «транс­цен­ден­таль­ной меди­та­цией», и подоб­ное сему. Пола­гаю нужным ука­зать на опас­ность такого заблуж­де­ния – опас­ность смот­реть на молитву как на про­стей­шее и легкое «тех­ни­че­ское» сред­ство, при­во­дя­щее к непо­сред­ствен­ному еди­не­нию с Богом. Считаю необ­хо­ди­мым кате­го­ри­че­ски под­черк­нуть ради­каль­ное раз­ли­чие между Иису­со­вой молит­вой и всеми иными аске­ти­че­скими тео­ри­ями.

Заблуж­да­ются все те, что стре­мятся мыс­ленно совлечься всего пре­хо­дя­щего, отно­си­тель­ного, чтобы таким обра­зом пере­шаг­нуть некий неви­ди­мый порог, осо­знать свою без­на­чаль­ность, свое «тоже­ство» с Исто­ком всего сущего; чтобы воз­вра­титься к Нему, безы­мян­ным тран­спер­со­наль­ным Абсо­лю­том; чтобы рас­тво­рить в океане сверх­мыс­лен­ного и свою пер­со­наль­ность, сме­ши­вая сию послед­нюю с инди­ви­ду­а­ли­зи­ро­ван­ною формою при­род­ного суще­ство­ва­ния. Аске­ти­че­ские усилия подоб­ного рода дали неко­то­рым воз­мож­ность под­няться до мета­ло­ги­че­ского созер­ца­ния бытия, испы­тать некий мисти­че­ский трепет, познать состо­я­ние мол­ча­ния ума по выходе сего послед­него за пре­делы вре­мен­ных и про­стран­ствен­ных изме­ре­ний. В подоб­ных опытах чело­век может ощу­щать покой совле­че­ния непре­станно меня­ю­щихся явле­ний види­мого мира; рас­крыть в себе сво­боду духа и созер­цать умную кра­соту. Конеч­ное раз­ви­тие такой импер­со­на­ли­сти­че­ской аске­тики многих при­вело к усмот­ре­нию боже­ствен­ного начала в самой при­роде чело­века, к тен­ден­ции само­обо­же­нию, лежа­щей в основе вели­кого Паде­ния; про­зреть в себе некую «абсо­лют­ность», кото­рая по суще­ству есть не что иное, как отра­же­ние Божией Абсо­лют­но­сти в создан­ном по образу; испы­тать вле­че­ние к воз­врату в то состо­я­ние покоя, в кото­ром чело­век был, якобы, до явле­ния своего в этот мир; во всяком случае, после опыта совле­че­ния может родиться в уме этот род мыс­лен­ной абер­ра­ции.

Я не ставлю в данном случае пред собою цели пере­чис­лить все вари­а­ции умствен­ных инту­и­ций, но скажу из моего соб­ствен­ного опыта, что Бога Истин­ного, Живого, т. е. Того, Кото­рый есть «Сущий», – во всем этом НЕТ. Это есть есте­ствен­ный гений чело­ве­че­ского духа в его суб­ли­ми­ро­ван­ных дви­же­ниях к Абсо­люту. Все созер­ца­ния, дости­га­е­мые на этом пути, суть само­со­зер­ца­ния, а не Бого­со­зер­ца­ния. В этих поло­же­ниях мы рас­кры­ваем для себя кра­соту еще твар­ную, а не Перво-Бытие. И во всем этом нет спа­се­ния чело­веку»[13].

^ Йога и хри­сти­ан­ская вера

Хри­стина Ман­гала Фрост

Я роди­лась в индий­ской семье, стала хри­сти­ан­кой в 22 года и явля­юсь пра­во­слав­ной хри­сти­ан­кой в тече­ние десяти лет. Вос­пи­тана я была в духе йоги. Мой дед был другом одного из осно­во­по­лож­ни­ков совре­мен­ной йоги Свами Шива­нанды, кото­рый обычно вместе со слад­ким, тра­вя­ным, бога­тым вита­ми­нами варе­вом, кото­рое нам очень нра­ви­лось, при­сы­лал свои книги по йоге. В дет­стве роди­те­лями поощ­ря­лось выпол­не­ние опре­де­лён­ных поз и дыха­тель­ных упраж­не­ний, всегда с чётким пре­ду­пре­жде­нием, что суще­ствуют раз­лич­ные спо­собы дыха­ния для мужчин и женщин, так как их тела раз­лич­ной формы.

Когда я вышла замуж и у меня появи­лись дети, я научила их неко­то­рым вещам, кото­рые посчи­тала полез­ными и взяла из моих дет­ских уроков йоги, напри­мер, выпол­нять неко­то­рые позы и извле­кать пользу из этих упраж­не­ний. Мои дети были вос­пи­таны в хри­сти­ан­ской семье и нахо­ди­лись вне опас­но­сти впасть в заблуж­де­ние инду­ист­ских эзо­те­ри­че­ских духов­ных идей, таких как, напри­мер, «само­ре­а­ли­за­ция», кото­рые часто сопро­вож­дают совре­мен­ную йогу. Во время поездки в Индию они столк­ну­лись с подоб­ными идеями в ашраме, но быстро отвергли их, как при­над­леж­ность идо­ло­по­клон­ни­че­ской, куль­то­вой атмо­сферы, царив­шей в этом ашраме.

Я изла­гаю всё это, глав­ным обра­зом, для того, чтобы под­черк­нуть, что йога – это больше, чем просто упраж­не­ния, и что мы сейчас, как нико­гда, нуж­да­емся в даре про­ни­ца­тель­но­сти при зна­ком­стве с йогой. Нам необ­хо­димо иметь чёткое пред­став­ле­ние о том, с чем мы имеем дело.

К йоге когда-то отно­си­лись с бла­го­го­ве­нием в Индии, как к таин­ствен­ной ветви инду­ист­ской духов­ной дис­ци­плины, кото­рая тре­бует боль­шой физи­че­ской и пси­хо­ло­ги­че­ской отваги. К ней обра­ща­лись иска­тели, стре­мя­щи­еся достичь высот индий­ского пред­став­ле­ния о духов­ном совер­шен­стве. Такой иска­тель должен был при­дер­жи­ваться суро­вого режима физи­че­ской и умствен­ной дея­тель­но­сти под стро­гим руко­вод­ством почи­та­е­мого мастера – гуру. Конеч­ной целью йоги было не что иное, как ощу­ще­ние боже­ствен­ного в себе.

С девят­на­дца­того века, во многом бла­го­даря уси­лиям неустан­ной про­па­ганды индий­ских гуру-мис­си­о­не­ров, таких как Свами Виве­ка­нанда, йога лишена своей мистики и слож­но­сти. Внешне это выра­зи­лось в форме аме­ри­кан­ских школ само­по­мощи и пози­тив­ного мыш­ле­ния и пре­под­но­сится массам как без­опас­ный и лёгкий путь к бла­жен­ству, доступ­ный каж­дому. Слово «Йога» теперь хорошо известно и на Востоке, и на Западе; поль­зу­ю­ща­яся боль­шой попу­ляр­но­стью опре­де­лён­ная про­грамма регу­ляр­ных упраж­не­ний изу­ча­ется и прак­ти­ку­ется боль­шим коли­че­ством людей в школь­ных залах и на спор­тив­ных пло­щад­ках. Пока одни учи­теля йоги про­дви­гают её как про­стую тех­нику для обес­пе­че­ния физи­че­ского бла­го­по­лу­чия чело­века, другие высту­пают за то, что это уни­вер­саль­ный ответ на основ­ные вопросы жизни. Неко­то­рые пре­по­да­ва­тели и сту­денты йоги пре­умень­шают важ­ность индий­ского этоса, в кото­ром закреп­лён духов­ный язык йоги, другие с готов­но­стью вби­рают в себя тот самый этос, осо­бенно те, кто нахо­дят пра­во­слав­ное веро­ис­по­ве­да­ние, его обряды и тре­бо­ва­ния уто­ми­тель­ными. Многие хри­сти­ане зани­ма­ются йогой, не обра­щая вни­ма­ния на её духов­ный багаж, в то время как другие чув­ствуют из-за этого неко­то­рое бес­по­кой­ство и часто встре­чают неодоб­ре­ние со сто­роны своих свя­щен­ни­ков и епи­ско­пов.

^ Харак­тер­ный случай в англи­кан­ской церкви

В газете «Таймс» от 31 авгу­ста 2007 года была опуб­ли­ко­вана статья, кото­рая наде­лала много шума. «Свя­щен­ники запре­щают нехри­сти­ан­скую йогу для малы­шей» гласил заго­ло­вок, и далее гово­ри­лось: «Была запре­щена дет­ская группа, про­во­див­шая заня­тия йогой в двух поме­ще­ниях церкви. Группа была разо­гнана свя­щен­ни­ками, кото­рые опи­сали Йогу как нечто мошен­ни­че­ское и нехри­сти­ан­ское». Точка зрения, пред­став­лен­ная в статье, каза­лось, поз­во­ляет пред­по­ло­жить, что свя­щен­ники повели себя как нера­зум­ные и чрез­мерно фана­тич­ные пани­кёры. Из статьи также известно, что учи­тель­ница йоги мисс Вудкок была «воз­му­щена» их запре­том на её «Юм-Юм йогу для малы­шей и их мам». Она утвер­ждает, что объ­яс­нила церкви, что её «йога носит совер­шенно нере­ли­ги­оз­ный харак­тер». Она, однако, была вынуж­дена при­знать, что «неко­то­рые виды взрос­лой йоги осно­ваны на инду­ист­ских и буд­дий­ских меди­та­циях».

Упо­треб­ляя слово «упраж­не­ние», а не «меди­та­ция», учи­тель­ница обра­щает наше вни­ма­ние на два основ­ных типа йоги, рас­про­стра­нён­ных сего­дня: совре­мен­ная физи­че­ская йога и совре­мен­ная меди­та­тив­ная йога. Пони­мая, что меди­та­тив­ная йога часто углуб­ля­ется в духов­ные сферы и ставит цели, несов­ме­сти­мые с хри­сти­ан­ством, мисс Вудкок стре­мится сохра­нить «упраж­не­ние», без «меди­та­ции». Может ли такой отказ сде­лать йогу «без­опас­ной»?

Свя­щен­ники не согласны: «Фило­со­фия йоги не может быть отсо­еди­нена от её прак­тики, и любой учи­тель йоги (даже для малы­шей) должен раз­де­лять точку зрения этой фило­со­фии. Йога может пока­заться без­вред­ной или даже полез­ной, но таким обра­зом люди могут начать думать, что есть способ дости­же­ния целост­но­сти тела и души с помо­щью чело­ве­че­ских мето­дов, в то время как един­ственно верный путь к целост­но­сти – это вера в Бога, через Иисуса Христа».

Любая надежда исклю­чи­тельно на «чело­ве­че­ский метод» для дости­же­ния целост­но­сти в отрыве от веры в Иисуса Христа, без­условно, под­вер­га­ется осуж­де­нию со сто­роны свя­щен­но­слу­жи­те­лей – в том числе англи­кан­ских и бап­тист­ских.

Но при этом среди мирян есть такие, кто зада­ется вопро­сом о том, нельзя ли рас­смат­ри­вать методы йоги как сред­ство «для настройки» нашего тела и души, чтобы мы стали лучше вос­при­ни­мать Божью бла­го­дать? Прежде чем попы­таться отве­тить на эти вопросы, мне необ­хо­димо вкратце рас­ска­зать о видах йоги, кото­рые можно сего­дня встре­тить, и о том индо-буд­дий­ском этосе, неотъ­ем­ле­мой частью кото­рого они явля­ются.

^ Что такое йога

Один автор ссы­ла­ется на четыре типа: Гол­ли­вуд­ская Йога, Гар­вард­ская Йога, Гима­лай­ская Йога и Куль­то­вая Йога[14].

1. Гол­ли­вуд­ская Йога, как это сле­дует из назва­ния, направ­лена на дости­же­ние внеш­ней при­вле­ка­тель­но­сти, хоро­шей физи­че­ской формы и дол­го­ле­тия.

2. Гар­вард­ская Йога наце­лена на ясность ума, кон­цен­тра­цию и душев­ное рав­но­ве­сие.

3. Гима­лай­ская Йога не укла­ды­ва­ется в рамки двух преды­ду­щих и направ­лена на дости­же­ние осо­бого состо­я­ния, извест­ного как сама­дхи (погру­жён­ность).

4. Куль­то­вая Йога в центр вни­ма­ния ставит хариз­ма­ти­че­ских гуру. Счи­та­ется, что про­све­щён­ность нис­хо­дит только одним при­кос­но­ве­нием гуру к уче­нику, кото­рый покло­ня­ется ему или ей, как Богу.

Чистые индий­ские тех­ники утвер­ждают, что нужно сле­до­вать ука­за­ниям ори­ги­наль­ного сан­скрит­ского текста, «Йога Сутры» Патан­джали. Индий­ская тра­ди­ция пред­по­ла­гает «вось­ми­сту­пен­ча­тую» йогу, для кото­рой выпол­не­ние физи­че­ских упраж­не­ний – отно­си­тельно незна­чи­тель­ный пункт про­граммы, а основ­ной упор сделан на умствен­ное и нрав­ствен­ное очи­ще­ние и исполь­зо­ва­ние пси­хи­че­ских сил для само­со­вер­шен­ство­ва­ния. «Восемь сту­пе­ней» – это:

  1. «пять огра­ни­че­ний» (яма),
  2. «пять дис­ци­плин» (нияма),
  3. «физи­че­ские упраж­не­ния» (асана),
  4. «рас­ши­ре­ние жиз­нен­ной энер­гии» (пра­на­яма),
  5. «внут­рен­няя сфо­ку­си­ро­ван­ность» (пра­тья­хара),
  6. «кон­цен­тра­ция» (дха­рана),
  7. «меди­та­ция» (дхьяна),
  8. «погру­жён­ность» (сама­дхи).
Читайте также:  Основное упражнение для предплечья

Про­хож­де­ние первых двух «сту­пе­ней» направ­лено на раз­ви­тие таких нрав­ствен­ных качеств, как прав­ди­вость, само­от­вер­жен­ность и нена­си­лие. Неко­то­рые индий­ские учи­теля йоги сожа­леют, что третья сту­пень, «физи­че­ские упраж­не­ния», в насто­я­щее время широко пре­по­да­ётся без какого-либо отно­ше­ния к нрав­ствен­ному совер­шен­ство­ва­нию. Они наста­и­вают на том, что рав­но­ве­сие, дости­га­е­мое прак­ти­кой поз, это, то, что, прежде всего, направ­ляет йога на путь, конеч­ной духов­ной целью кото­рого явля­ется состо­я­ние посто­ян­ного бла­жен­ства, извест­ное как сама­дхи, или «погру­жён­ность».

Погру­жён­ность во что? Можно встре­тить мно­же­ство отве­тов на этот вопрос – всё зави­сит от того, во что вы верите.

Если вы индус, кото­рый верит, что нет ника­кой раз­ницы между его сущ­но­стью (атма­ном) и Вер­хов­ной сущ­но­стью (Брах­ма­ном), «погру­жён­ность» озна­чает дости­же­ние опыта нераз­де­ли­мого един­ства с Брах­ма­ном. Такой индус видит конеч­ную духов­ную реаль­ность как Без­ли­кую и реши­тельно утвер­ждает, что вера в Без­ли­кого пре­вос­хо­дит любую веру в Лич­ного Бога.

Если вы индус-теист, кото­рый раз­ви­вает личные любов­ные отно­ше­ния со своим богом или боги­ней и стре­мится к осво­бож­де­нию по мило­сти боже­ства, то «погру­жён­ность» озна­чает утоп­ле­ние себя в данном кон­крет­ном боге.

Если вы буд­дист и не верите в Бога-Творца (что часто повто­ряет Далай-лама), «погру­жён­ность» озна­чает наступ­ле­ние нир­ваны, «уга­са­ние», окон­ча­тель­ное исчез­но­ве­ние себя.

Хотя амби­ци­оз­ная духов­ная про­грамма йоги Патан­джали пре­вра­ти­лась в упраж­не­ния для под­дер­жа­ния физи­че­ской формы в запад­ных руко­вод­ствах по йоге, она всё ещё встре­ча­ется в несколько изме­нён­ной форме даже на Западе.

В основе всех тра­ди­ци­он­ных под­хо­дов к йоге лежит точка зрения фило­соф­ской системы, извест­ной как санк­хья. Согласно ей, наше обыч­ное пси­хо­со­ма­ти­че­ское «я» явля­ется побоч­ным про­дук­том физи­че­ских про­цес­сов, и с помо­щью тре­ни­ро­вок чело­век будто бы очи­ща­ется, как луко­вица, доби­ра­ясь до того центра, где нахо­дится «чистое созна­ние». Вот как объ­яс­нил это один учи­тель йоги: «одна­жды лич­ность осо­знаёт, что она, в сущ­но­сти, есть чистое созна­ние, отлич­ное и отдель­ное от пси­хо­фи­зи­че­ских про­цес­сов, от своих ложных пред­став­ле­ний»[15].

Однако утвер­жде­ние, что систе­ма­ти­че­ский разрыв кон­так­тов с внеш­ним миром создаёт един­ство в чело­веке, кажется весьма сомни­тель­ным. Напро­тив, как пока­зал Р. Д. Лэйкг в своём «Раз­де­лён­ном Я», начало ради­каль­ного выхода из внеш­ней реаль­но­сти вполне может при­ве­сти к шизо­фре­нии. Мало того, что, пус­ка­ясь, согласно йоге, в путе­ше­ствие в себя, чело­век рис­кует забо­леть пси­хи­че­ски, так ещё и такая цель под­ни­мает ряд серьёз­ных про­блем для хри­сти­а­нина. Иисус при­зы­вает нас искать внутри Цар­ство Божие, а не «чистое созна­ние». Даже в хри­сти­ан­ской мона­ше­ской тра­ди­ции, кото­рая реко­мен­дует уда­ле­ние от мира, от объ­ек­тов чув­ствен­ного опыта, монах нахо­дится в поис­ках «внут­рен­него цар­ства». В этом «внут­рен­нем цар­стве» – Боже­ствен­ная Святая Троица, Гос­подь наш. Мы познаём Христа и обща­емся с Ним в Духе Святом и силою этого же Духа мы назы­ваем Бога «Отче наш». «Чистое созна­ние» – это лишь далё­кий отзвук того, чем явля­ется хри­сти­ан­ское состо­я­ние «Цар­ства Божия».

Вли­я­тель­ные индий­ские мис­си­о­неры, как Виве­ка­нанда и его после­до­ва­тели, при­во­дят в дей­ствие опре­де­лён­ные методы йоги для про­дви­же­ния поп-мистики, осно­ван­ные на поня­тии «само­ре­а­ли­за­ции», кото­рое стало кры­ла­тым словом йоги. Путь к «само­ре­а­ли­за­ции» с помо­щью йоги пред­став­лен как все­об­щий призыв, сво­бод­ный от догм и строго свет­ский. Тем не менее, тща­тель­ное изу­че­ние сочи­не­ний Виве­ка­нанды пока­зы­вает силь­ный уклон в сто­рону одной кон­крет­ной индий­ской тра­ди­ции, из кото­рой Виве­ка­нанда убрал тонкую мета­фи­зику индий­ской неду­а­ли­стич­но­сти (адвайты) и то, что оста­лось, стал под­дер­жи­вать на рынке со всем пылом. Слу­чай­ные цитаты из его работ иллю­стри­руют его без­рас­суд­ный син­кре­тизм и опро­мет­чи­вые, часто неле­пые утвер­жде­ния того, что он сделал для метода «само­ре­а­ли­за­ции».

«Всё есть Я. Говори это непре­станно». «Иди в свою ком­нату и получи Упа­ни­шады из самого Себя. Ты есть вели­чай­шая книга, кото­рая когда-либо суще­ство­вала или когда-либо будет, бес­ко­неч­ное хра­ни­лище всего, что есть». «Я сущ­ность бла­жен­ства». «Не следуй за иде­а­лом, ты содер­жишь их все в себе». «Христы и Будды просто случаи, в кото­рых оли­це­тво­ря­ются твои внут­рен­ние силы. В дей­стви­тель­но­сти это мы отве­чаем на каши соб­ствен­ные молитвы». «Мы можем назы­вать это Буддой, Иису­сом, Криш­ной, Иего­вой, Алла­хом, Агни, но это только Я». «Все­лен­ная – это мысль, и Веды – слова этой мысли. Мы можем созда­вать и уни­что­жать, пере­со­зда­вать целую все­лен­ную»[16].

Когда Виве­ка­нанда понял, что ему нужно нечто боль­шее, чем несвяз­ные фило­соф­ские раз­го­воры о его бренде «само­ре­а­ли­за­ции», он напи­сал работу о Раджа-Йоге, кото­рая явля­ется прак­ти­че­ским посо­бием для тех, кто ищет так назы­ва­е­мую «само­ре­а­ли­за­цию».

^ Несов­ме­сти­мость йоги и хри­сти­ан­ства

Суще­ствует мно­же­ство причин, почему духов­ные основы совре­мен­ной йоги несов­ме­стимы с хри­сти­ан­ством, глав­ной из кото­рых явля­ется чрез­мер­ный акцент на себе. Эго­цен­тризм с хри­сти­ан­ской точки зрения есть корень зла. В нем – паде­ние чело­века, его откло­не­ние от Бога в сто­рону оши­боч­ной, мятеж­ной зави­си­мо­сти от себя. Это разрыв обще­ния с Богом, кото­рый закан­чи­ва­ется грехом и смер­тью.

Ком­мен­ти­руя изре­че­ние Сократа «Познай себя», (кото­рое также явля­ется идеей совре­мен­ной йоги), пра­во­слав­ный бого­слов Ман­дза­ри­дис пишет: «Если суще­ствует то, что чело­век может и должен искать и нахо­дить в себе, то это новый чело­век во Христе, рож­да­ю­щийся через кре­щен­скую бла­го­дать и другие таин­ства Церкви. Воз­вра­ще­ние чело­века к самому себе может только тогда по-насто­я­щему воз­вы­сить его, когда про­ис­хо­дит через жизнь во Христе»[17]. Хри­сти­ан­ские цель и сред­ства дости­же­ния этой цели кратко изло­жены у того же автора: «Прямое и личное позна­ние Бога дости­га­ется путём обще­ния с Ним при помощи Святых Тайн. Чело­век полу­чает истин­ное знание о Нём, только когда на него нис­хо­дит Боже­ствен­ная Бла­го­дать и объ­еди­няет его с Богом. Чем больше чело­век при­ни­мает Боже­ствен­ное Пре­об­ра­же­ние, про­ис­хо­дя­щее в нём дей­ствием Свя­того Духа, тем более полно и совер­шенно его позна­ние Бога»[18].

Св. Павел напо­ми­нает нам, что знать Бога значит быть извест­ным Ему, то есть быть люби­мым Им. Любовь под­ра­зу­ме­вает отно­ше­ния, обще­ние, а не уни­что­же­ние, не «погру­жён­ность», и меньше всего – «само­по­гру­жён­ность».

Если учесть, что духов­ная атмо­сфера и цели йоги, по боль­шому счёту, несов­ме­стимы с хри­сти­ан­ством, то есть ли способ, чтобы хри­сти­а­нин мог отде­лить его от индий­ского этоса, исполь­зо­вать тех­нику йоги и тем не менее оста­ваться верным хри­сти­а­ни­ном?

Неко­то­рые хри­сти­ане счи­тают, что это воз­можно. Ярким при­ме­ром явля­ется бене­дик­тин­ский монах Дешане, кото­рый в своей книге «Хри­сти­ан­ская йога» утвер­ждает, что йога может помочь нам стать более хоро­шими хри­сти­а­нами, если мы прак­ти­куем её в рамках хри­сти­ан­ской молитвы. Причём, он делает это, будучи пре­красно осве­дом­лён­ным об анти­хри­сти­ан­ском духе тра­ди­ци­он­ной йоги, но утвер­ждает, что эти два тече­ния абсо­лютно не похожи[19]. Он пред­став­ляет набор упраж­не­ний из йоги и реко­мен­да­ции по дыха­нию, как спо­собы пред­ста­ния пред Богом чест­ными и искрен­ними: «Наша ито­го­вая цель – при­не­сти мир и покой всему сущему; сде­лать тело нашим добрым и верным рабом; осво­бо­дить душу от тревог и про­блем, кото­рые все­общи, и, нако­нец, про­бу­дить дух»[20].

Должна при­знаться, что меня несколько бес­по­коит эта послед­няя фраза – «про­бу­дить дух». Это язык индий­ских йогов, кото­рые верят в «про­буж­де­ние» спящих сил мощным соб­ствен­ным уси­лием, и поэтому он не под­хо­дит для опи­са­ния хри­сти­ан­ского опыта Духа. Наша пра­во­слав­ная молитва Свя­тому Духу, «Царю Небес­ный, Уте­ши­телю, Душе Истин­ный…» всё про­яс­няет – как падшие суще­ства, мы больше всего нуж­да­емся во вли­ва­нии в нас новой жизни. Поэтому мы просим искуп­ле­ния и очи­ще­ния у Того, Кто «везде при­сут­ствует и всё напол­няет». Эта молитва чётко опре­де­ляет нас как про­си­те­лей, ищущих посто­ян­ного при­сут­ствия Духа.

Когда я начала работу над этой ста­тьёй, я решила про­ве­рить реко­мен­да­ции Дешане и выпол­нила неко­то­рые основ­ные позы Йоги во время утрен­ней молитвы. Конечно, у меня появи­лось тре­вож­ное чув­ство, но при этом дыха­тель­ные упраж­не­ния вызвали ощу­ще­ние бла­го­по­лу­чия.

Тем не менее, была одна вещь, кото­рая обес­по­ко­ила меня в соче­та­нии йоги с молит­вой. Я чув­ство­вала дис­ком­форт от того, что, про­из­нося слова молитвы, я, каза­лось, не моли­лась, а наблю­дала за соб­ствен­ной молит­вой. И я решила вер­нуться к преж­нему, тра­ди­ци­онно-пра­во­слав­ному спо­собу молитвы.

Я убеж­дена, что хри­сти­ане, жела­ю­щие зани­маться йогой, должны осо­зна­вать тот факт, что её индо-буд­дий­ская духов­ная сущ­ность несов­ме­стима с хри­сти­ан­ской верой. Напри­мер: Далай-лама, кото­рый даже одоб­ряет руко­вод­ства по раз­ви­тию сочув­ствия, сосре­до­то­чен­ного на «соб­ствен­ном усилии», в то же время откро­венно при­зна­ётся, что не верит в Бога Творца. Для хри­сти­а­нина любовь к ближ­нему (состра­да­ние) неот­де­лима от любви к Богу, и то и другое зажи­га­ется в чело­ве­че­ском сердце Духом Святым. Попытки хри­сти­а­ни­за­ции йоги могут ввести в заблуж­де­ние.

^ Пре­ду­пре­жде­ние

Лично я не исклю­чаю воз­мож­ность исполь­зо­вать йогу как способ под­дер­жа­ния физи­че­ской формы, в том случае, если она све­дена к про­стым физи­че­ским упраж­не­ниям, но и в этом случае я хотела бы предо­сте­речь людей. Важно убе­диться, что у вас нор­маль­ное здо­ро­вье, прежде чем пред­при­ни­мать заня­тия физи­че­ской йогой. Как мини­мум пройти мед­осмотр. Напри­мер, если у вас про­блемы с арте­ри­аль­ным дав­ле­нием, то неко­то­рых поз сле­дует избе­гать. Есть позы, кото­рые сти­му­ли­руют щито­вид­ную железу, и если у вас с ней свя­заны какие-либо про­блемы, упраж­не­ния могут при­не­сти вред. Неко­то­рые труд­ные позы, такие как стойка на голове, должны выпол­няться только в тече­ние неболь­ших про­ме­жут­ков вре­мени. Один индий­ский гуру, кото­рый отвер­гает йогу и сме­ётся над её стрем­ле­нием к про­свет­ле­нию, заме­чает, что слиш­ком много стоек на голове повре­ждают тонкие кро­ве­нос­ные сосуды голов­ного мозга, и даже вызы­вают его частич­ное повре­жде­ние, а появ­ля­ю­ще­еся в резуль­тате оце­пе­не­ние вос­при­ни­ма­ется неко­то­рыми инду­сами как состо­я­ние про­свет­ле­ния!

Еще боль­шую опас­ность пред­став­ляет меди­та­ция, неко­то­рые меди­та­тив­ные упраж­не­ния повы­шен­ного уровня изме­няют ритмы мозга и при­во­дят к чув­ству эйфо­рии, кото­рая может вызвать при­вы­ка­ние. Как и с дру­гими видами зави­си­мо­сти, когда эффект пре­кра­ща­ется, чело­век может впасть в депрес­сию.

Дыха­тель­ные мето­дики, направ­лен­ные на воз­буж­де­ние того, что назы­ва­ется кун­да­лини – спящая сек­су­аль­ная энер­гия, кото­рая суб­ли­ми­ру­ется в духов­ную энер­гию – явля­ются осо­бенно опас­ными, так как они выво­дят одну из пси­хи­че­ских сил из-под кон­троля. Здесь будет хорошо вспом­нить притчу Гос­пода о нечи­стом духе ( Мф.12:43–45 ).

Неко­то­рые учи­теля йоги поощ­ряют пение мантр как сред­ство устра­не­ния тре­воги. Мантра – это сокра­щён­ный призыв к инду­ист­ским боже­ствам; счи­та­ется, что зву­ко­вые виб­ра­ции мантр акти­ви­зи­руют неис­сле­до­ван­ные уровни созна­ния. Хри­сти­ане не нуж­да­ются в таких ман­трах. Вместо того, чтобы вхо­дить в неиз­вест­ные и потен­ци­ально опас­ные пси­хи­че­ские сферы с помо­щью таких пес­но­пе­ний, мы можем укре­пить себя, про­из­нося Иису­сову молитву.

Иису­сова молитва – самое совер­шен­ное обра­ще­ние к Боже­ствен­ному Имени, кото­рым мы при­званы освя­щаться. Более того, наша молитва осно­вы­ва­ется на трез­вом осо­зна­нии нашей соб­ствен­ной духов­ной нищеты как под­вер­жен­ных греху существ; поэтому, как слепой нищий, мы вос­кли­цаем: «Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, поми­луй мя, греш­ного!»

Повто­ре­ние имени Иисуса вслух или про себя может внешне напом­нить повто­ре­ние мантр, однако Иису­сова молитва – не мантра. Иису­сова молитва, в отли­чие от мантры, – это крат­кое содер­жа­ние основ хри­сти­ан­ской веры. В отли­чие от мантры, кото­рая рабо­тает больше как само­вну­ше­ние, Иису­сова молитва обо­зна­чает дви­же­ние к Богу и от Бога, оли­це­тво­ряя собой отно­ше­ния веры и любви. В отли­чие от индий­ских мантр, цель Иису­со­вой молитвы, говоря сло­вами апо­стола Павла, – это «облечься в нового чело­века». В трудах отцов-пустын­ни­ков, осо­бенно в исих­аст­ской тра­ди­ции, так крепко защи­ща­е­мой святым Гри­го­рием Пала­мой, а также в рабо­тах совре­мен­ных тол­ко­ва­те­лей, таких как свя­ти­тель Игна­тий (Брян­ча­ни­нов), мит­ро­по­лит Кал­лист, отец Пор­фи­рий, у нас есть бес­цен­ные руко­вод­ства по осу­ществ­ле­нию Иису­со­вой молитвы. Как пишет свя­ти­тель Игна­тий: «Во имя Гос­пода Иисуса дару­ется ожив­ле­ние душе, умерщ­влен­ной грехом. Гос­подь Иисус Хри­стос – Жизнь. И имя Его – живое: Оно ожи­во­тво­ряет вопи­ю­щих им к Источ­нику жизни»[21].

пере­вод с англий­ского Анге­лины Лео­но­вой

Источник

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector